Объект «Любимая» / Ханна Леншер, Таня Кель

Мне двадцать, ему — сорок. Наш брак лишь формальность: так распорядились в завещании мой отец и его лучший друг. Я давно тянусь к нему сердцем, а он будто не замечает меня.
Александр Корсаков. Жёсткий. Неприступный. Привык держать под контролем и себя, и каждый мой шаг.
***
— Если я сорвусь, — его хриплый голос обжигает, губы почти касаются моего уха, — ты будешь моей. Целиком. Навсегда.
— А если я именно этого и хочу?
— Тогда тебе конец, девочка.